Что это означает? То, что ограниченный в дееспособности гражданин не сможет получить свои собственные деньги - зарплату или пенсию, любые другие доходы. И получать деньги, и расходовать их за него будет попечитель - естественно, в интересах подопечного. Самостоятельно он сможет совершать только мелкие бытовые сделки. Таким образом, игроман лишается главного - денег на игру.

  Насколько остро в России стоит проблема игромании? С этим вопросом мы обратились к старшему научному сотруднику ФГБУ "Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии имени В.П. Сербского" Наталье Шемчук.

  "До 2009 года, когда был принят закон, запрещающий игорный бизнес, мы вели статистику зависимых игроманов, - рассказала Наталья Шемчук. - В тот период патологические игроки у нас составляли в среднем 3% населения. Для сравнения: мировая статистика - от 0,5 до 1,5%. Количество потенциальных патологических игроков мы оценивали в 8%".

  Наибольшее количество подсевших на игру пропадали в залах игровых автоматов, которые были чрезвычайно доступны для любого кошелька, и находились чуть ли не в каждой подворотне.

  Сейчас такая статистика не ведется. Но количество обращений уменьшилось. С одной стороны, это связано с тем, что резко сократилась доступность игры. С другой стороны, игорный бизнес ушел в подполье, и люди, которые подсели на эту иглу, сейчас просто боятся обращаться к врачам, чтобы те не сдали их органам. К тому же, везде, даже в частных клиниках, сейчас требуют паспорт.

  Доктор Шемчук призывает: бояться не надо! По существующим ныне правилам, обращение к психиатрам не анонимно, но строго конфиденциально, врачебная тайна остается в силе. Задача врачей -помогать больным, что они довольно успешно делают. Доля вернувшихся к нормальной жизни после специальной терапии у нас составляет 30-35%. Наталья Шемчук уверяет, что это очень хороший показатель.

  Не должны бояться и родственники, ведь нынешний закон, прежде всего, защищает именно их. Независимые юристы говорят, что его будет довольно трудно реализовать на практике, то есть трудно доказать, что пациент действительно зависим. Но психиатры утверждают, что это возможно, при проведении врачебной экспертизы. Для данного случая существуют установленные критерии, которые изложены в Международной классификации болезней.